Ниче не знаю ни про кокос, ни про истерики, ни про серьезку, ни про знаки и символы, ни про снесенные бошки девятнадцатилетних пидорасов.
Кино отличное — причем несмотря на то, что про пидорасов, отличное. Просветляет, успокаивает, и в общем-то умиротворяет, да ещё и дисциплинирует.
Строго говоря, именно в такие моменты примирения с действительностью и ощущения, что не всё так уж и плохо, — так вот, именно в такие моменты и стОит помирать-то, так что это для меня лично оч жизнеутверждающий кинематограф, с моим-то постоянным обдумыванием смерти.
Плюс сидел и вспоминал какие-то такие тоже моменты абсолютного и готового счастья, в которые и следовало помирать, и — как ни странно — их набралось немало. И пляж в Тель-Авиве в сентябре 2007, и много что ещё; когда понимаешь, что в общем-то свободен совершенно, и вот оно, то самое, когда находишься именно в сейчас.
Главное — твой настрой в момент смерти.
А, и Колин Фёрт — окончательно лучший британский актер, да.
Кино отличное — причем несмотря на то, что про пидорасов, отличное. Просветляет, успокаивает, и в общем-то умиротворяет, да ещё и дисциплинирует.
Строго говоря, именно в такие моменты примирения с действительностью и ощущения, что не всё так уж и плохо, — так вот, именно в такие моменты и стОит помирать-то, так что это для меня лично оч жизнеутверждающий кинематограф, с моим-то постоянным обдумыванием смерти.
Плюс сидел и вспоминал какие-то такие тоже моменты абсолютного и готового счастья, в которые и следовало помирать, и — как ни странно — их набралось немало. И пляж в Тель-Авиве в сентябре 2007, и много что ещё; когда понимаешь, что в общем-то свободен совершенно, и вот оно, то самое, когда находишься именно в сейчас.
Главное — твой настрой в момент смерти.
А, и Колин Фёрт — окончательно лучший британский актер, да.
